Губы

Очень часто губам отводится главная роль в игре на флейте, так как именно на уровне губ поток воздуха превращается в звук. Однако губы – не единственные участники звукообразования: звук возникает в результате рассекания потока воздуха о внешний край амбушюрного отверстия.

Многие исполнители заботятся только лишь о губах: всё время трогают и осматривают их, постоянно меняют головки, разыгрываются на длинных нотах. Они подобны водителю, который считает рулевое колесо главной деталью автомобиля. Руль лишь задаёт направление, но не является источником силы; таким же образом губы лишь направляют и контролируют поток воздуха, выходящий из воздушного столба.

Идеальной позиции губ не существует, поэтому педагоги, корректирующие постановку губ у своих учеников, делают им только хуже. О симметрии здесь не может идти никакой речи, ведь игра на флейте сама по себе асимметрична, а губной аппарат у каждого человека уникален по форме, толщине, размеру и плотности. Важно, чтобы губы выполняли свою направляющую функцию, не причиняя при этом никаких неудобств исполнителю.

Качество звука зависит от того, каким его слышит исполнитель и как резонирует воздушный столб: «Мы воспроизводим только тот звук, который слышим внутренним слухом. Техника амбушюра следует за нашими ожиданиями, а не наоборот»[1].

Если всё время пытаться формировать звук лишь с помощью губ, можно сильно переутомить слабые мышцы, а в особо тяжёлых случаях получить парализующий невроз. Губы вообще не должны испытывать никакого напряжения, их задача – довести воздушную кисть до рассекающей грани[2], при этом скорость и давление воздуха никак не зависят от губного аппарата. Воздух резонирует в лёгких, ротовой полости и пазухах, резонирует акустическое окружение – губы не участвуют в этом процессе.

Не может быть эффективной такая техника амбушюра, которая работает только во время занятий в спокойном состоянии и совершенно невыполнима в стрессовых условиях. Любая хорошая техника должна давать исполнителю возможность выполнять художественные задачи даже при самых неблагоприятных обстоятельствах.

Губы должны быть практически неподвижными и очень гибкими. Их основное положение не следует менять в зависимости от регистра, динамики, интонации или артикуляции. В старых французских методиках[3] говорилось, что губы должны принять то положение, которое получается при попытке сплюнуть с кончика языка зёрнышко инжира или чайный листок. Так просто и так верно: надо слегка сжать губы в полуулыбке, чтобы добиться эффективного и непринуждённого ведения воздушной кисти. Энергия для звука приходит совершенно из другого места. Манера полностью расслаблять амбушюр, опуская уголки рта, создаёт ложное ощущение свободы: теряется контроль над звуком, из-за нестабильности такой постановки появляется дополнительное напряжение. С другой стороны, сжимание губ на высоких нотах и широких интервалах приводит к утомлению мышц и появлению шипения. Порочный круг: зажатый звук в условиях стресса только усиливает стресс.

Возможно, я иду против общепринятых представлений, но я убеждён:

• Что гимнастика для губ вредна и опасна
• Что удобная позиция губ в среднем регистре распространяется на весь диапазон
• Что звук формируется не губами, а точкой опоры №1[4] при поддержке «точки кашля»

Конечно, небольшие движения губ неизбежны при смене регистров, особенно в условиях стресса во время публичного выступления. В этом случае можно всё – просто отдайтесь музыке и вашему творческому воображению. Однако при повседневных занятиях в спокойной обстановке, при игре интервалов и арпеджио, при вдумчивой работе над программой, даже при решении разных артикуляционных проблем необходимо думать о технической стабильности и гибкости губного аппарата. Какой бы низкой или высокой ни была нота – никаких гримас!

Пример 1. Прокофьев, Соната ре мажор, соч. 94, 3 часть, конец

В этом пассаже, а также в тысяче ему подобных – просто забудьте о губах. Спуститесь на землю, почувствуйте центр тяжести в ногах (если вы стоите) или в почках (если сидите).

В двух словах:

Губы не должны совершать никаких усилий. Они лишь проводят и контролируют воздух. Можно сыграть хроматическую гамму по всему флейтовому диапазону без всякого напряжения и с минимальным движением губ. Почему же должно быть иначе в интервалах и арпеджио? Раз уж мы не можем менять положение губ на каждой ноте в быстрых пассажах, то зачем делать это в медленных фразах?

[1] Адольф Херсет, первый трубач Чикагского симфонического оркестра (Доэрти, Дж. ,“For All Who Crave a Horn That Thrills, this Bud’s for You”, Smithsonian Magazine, September 1994, pp. 94–103)

[2] Внешний край амбушюрного отверстия на головке

[3] Анри Альтес, “Célèbre méthode de flûte”, изд. Факсимиле Жан-Пьер Рампаль, Ален Марион (Париж, Allo Music Editions)

[4] Первый сустав указательного пальца левой руки